?

Log in

No account? Create an account
entries friends calendar profile Previous Previous Next Next
Отношение к хвойным деревьям финно-угорских народов - Досуг досугу рознь
infanta_el
infanta_el
Отношение к хвойным деревьям финно-угорских народов
Оригинал взят у sirin_from_shrm в Отношение к хвойным деревьям финно-угорских народов
Для народов финно-угорской языковой группы дерево - это посредник между миром людей и миром мертвых, нижним миром предков. У карел существовал обычай исповеди дереву. У верхневычегодских коми умирающему колдуну приносили ель, перед которой он исповедовался и без терзаний умирал. По наблюдениям этнографа В.А. Семенова, коми считали все деревья одухотворенными (имеющие души) и связанными с духами предков, они ассоциировались в народных представлениях с символическим путем в иной мир (маркировали путешествие души по мировому древу).

Особой сакральностью наделялись хвойные деревья - ель, сосна, можжевельник, пихта, кедр и пр. Они символизировали вечную жизнь, бессмертие, были вместилищем божественной жизненной силы, имели культовое значение. Новогодняя традиция украшать елку восходит к древним представлениям финно-угорских народов о том, что особая жизненная сила и энергия этих деревьев может приближать весну, помогает плодородию и обещает благополучие.

В мировоззрении печерских староверов хвойный лес ассоциировался с потусторонним миром. На это указывают выбор места для кладбища – ельник, запрет на одиночное хождение в хвойный лес, который называли темным.

В религиозно-магических представлениях финно-угорских народов ель была связующим звеном между мифологическими мирами (живых и мертвых) и потому широко использовалась в похоронной обрядности.

Коми при закладке нового дома для нижнего венца выбирали елку, которой придавалась символика «души предков», а потому и сам народ получил прозвище – «ельники».

В Дмитровском крае в Подмосковье в ветки, которыми украшают стены и передний угол избы на троицу, по местным поверьям, вселяются души умерших родственников.

Крыши могучих северных домов держались на конструктивных деталях, которые получили странное название - «курицы». Делались они из корневища ели. Почему именно «курица»? Значение этой интересной архитектурной детали еще требует изучения, но все же ряд смыслов уже можно выделить. Точное функциональное определение этой детали дает В. Даль: «курица в значении крюка, кокоры на кровлю...». Это же определение дает и Словарь русского языка IX—XVII вв: «Куръ — приспособление для поддержки чего-либо, крюк». Но в крестьянском сознании произошло переосмысление этого образа, он оказался связан с миром предков. Вспомним «избушку на курьих ножках». Концам балок — куриц придавали фантастические формы змеи с разинутой пастью или некоего чудовища с рогами.

Известен у финно-угорских народов (карел, финнов и др.) и такой знаковый обычай, как рубить карсикко – особым образом обрубать сучья у хвойного дерева (ели или сосны). Этот многоаспектный символ вырастает в ритуальном поведении (похоронном, свадебном, промысловом и др. обрядах) до вселенских категорий, несет в себе функции «посредника между мифологическими мирами» - мертвых и живых.

Связь ели с иным миром и миром духов леса определила ее место в охотничьей и гадательной магии. В Карелии и Финляндии ель использовалась в качестве своеобразного жертвенного алтаря: охотник выбирал в лесу невысокую, густую ель, ветви которой смотрят вниз, в землю, на ветви клал ольховую щепку - это была столешница, и на этот алтарь-стол Тапио (Tapion kammen – ладонь Тапио) охотник приносил бескровную жертву - воду, пиво, вино, муку, колосья. Перед началом охоты у стола Тапио он обращался к духу с заговором. Считалось, что у корней или под корнями ели живут духи леса.

Связанная с миром предков, ель наделялась информативной функцией, выступала как вещее дерево в магических обрядах. Марти Хаавио в свое время изучала Финскую пословицу «То дерево надо слушать, у корней которого жилище» (имеется в виду, ель), или другой ее вариант «То дерево должен слушать, у корней которого существуешь». В древности у финнов существовал ритуал слушания ели: крестьянин, чтобы получить нужную ему информацию, проводил ночь под кроной ели, которая находится возле его дома. Видимо, подобные пословицы существовали и у русских. В. Даль приводит две интересные в этом отношении: "Эти толки не с ели" и "Не с ели толки", в которых слышатся глухие отголоски прорицательных функций ели.

Образ ели в бытовой культуре также не был исключением. Мотив елочки присутствует часто на вещах и орудиях труда, связанных с плодородием и благополучием: на пряничных досках, например (Каргополь, Медвежьегорск).

Требует этнологического объяснения мотив сочетания елочки с солнцем. Он наблюдается на росписях прялок (Пудожский музей), в вышивке (музей в д. Морщихинской, Кенозеро), в резьбе дома 1913 года постройки (условная дата на кронштейне крыши д. Тарышкино, Кенозеро) и т. д.

При строительстве дома крестьянин на месте строительства должен был провести ночь под елью, и если ему присниться дух, то строительство дома ему угодно, в противном случае откладывали.

Источники:

http://merjamaa.ru/news/semantika_eli_1/2012-06-25-590

http://merjamaa.ru/news/o_chem_molchat_svjatye_eli_semantika_eli_i_kulturologicheskie_paralleli_v_russko_finnskoj_obrjadnosti_chast_2/2012-08-20-621


http://merjamaa.ru/news/o_chem_molchat_svjatye_eli_semantika_eli_i_kulturologicheskie_paralleli_v_russko_finnskoj_obrjadnosti_chast_3/2012-11-20-669

Tags: , ,

Leave a comment